Понятие о сибирских казахах

«В исторической литературе существуют самые разнообразные толкования происхождения слова «казак». Одни выводили его из тюркских глаголов «каз» — рыть, «кез» – скитаться, «кач» – бежать, спасаться; другие создали невероятную этимологию этого слова от каз — гусь и «ак» — белый. Таким образом, надежного этимологического объяснения слова «казак» полка еще нет. Но каково бы ни было происхождение этого слова, несомненно то, что первоначально оно имело нарицательное значение  в смысле – свободный, бездомный, скиталец, изгнанник, а также человек удалой, храбрый. Не имея, таким образом, ни политического значения, ни этнического содержания, слово «казак» обозначало всякого вольного человека, отколовшегося от своего народа и племени, своего сеньора и законного государя и принужденного вести жизнь искателя приключений» [Султанов Турсун]. В перечне ранних предков казахов называют ираноязычных саков, усуней, живших на территории нынешнего Казахстана и Средней Азии еще до нашей эры, аланов первых веков нашей эры и другие племена. Среди них особенно заметно участие кыпчаков (VIII-XI вв.) в формировании казахов, язык которых относится к кыпчакской группе тюркских языков. Историки отмечают, что будущие казахские племена перемешивались в составе Караханидов (X-XI в.), испытывали вторжение киданей – монгольских по происхождению племен в XII веке, а затем входили в середине XV века в состав Ногайского и Узбекского ханств. В начале XVI века образовалось Казахское ханство. В его рамках и завершилось формирование казахской народности, каждая группа которой имела свои особенности этнической истории [Энциклопедический словарь. Т,XV (Издатели Ф.А. Брокгауз, И.А. Эфрон). — СПб.. 1895. — С.95]. Этнический термин «казах» с 20-30-х годов XVI века стал применяться ко всему населению степей, входивших ранее в Узбекское ханство и расположенных к востоку от него районов. В середине XVI века этнический состав казахов пополнился племенами, прикочевавшими из-за реки Урал (после распада Ногайской орды), из Сибири, Восточного Семиречья. Исследователи отмечают, что в конце XVI – начале XVII века Казахское ханство объединяло всю территорию Казахстана, оно граничило с Башкирией и Ногайским ханством в районе южноуральской степи. В составе казахской народности исторически сложились три группы племён (жузов), каждая из которых была спаяна общими интересами кочевого хозяйства и обособлена территориально: Старший жуз (Улы жуз, Семиречье) включал племена дулат, албан, суан, канглы, жалайыр, сиргели, шаншкылы, сары-уйсин и др.; Средний жуз (Орта жуз, степные районы Центрального Казахстана, долины рр. Сырдарьи, Ишима, Тобола и др.) – в основном племена аргын, найман, кипчак, керей, конграт; Младший жуз (Киши жуз, Западный Казахстан) состоял из племенных объединений алим-улы, бай-улы (роды адай, алчын, жаппас и др.) и жети-ру (роды жагал-байлы, кер-дери и др.).

«…Казахский этнос формировался столетиями. Он не пришел на эту землю в ходе каких-то колонизаций и завоеваний. Глубина исторического горизонта казахов очень велика. Она отнюдь не ограничивается временными рамками образования первого казахского ханства. Эта устойчивость в истории, привязанность казахов к своей этногенетической территории сыграла огромную роль в различные периоды истории казахов…< > Отличительная черта казахского сознания – его историчность. Распространенность исторических знаний среди народа была невероятно высокой. Эта система исторических знаний впитывалась с раннего детства в силу постоянного, пронизывающего сознание и психику рядового кочевника потока исторических, культурных событий. Массовый человек казахской степи имел панорамное историческое сознание, ибо его память, натренированная с детства колоссальными массивами устно передаваемого знания, удерживала огромные исторические пласты и представляла себе их зримо. Понимание и знание истории народа рождалось из личностного переживания. Рядовой степняк был накрепко «впаян» в историю казахского народа. Он всегда мыслил себя как органичный элемент общей истории народа» [Назарбаев, Родина, №2-2004, С.9].

Тюменские казахи проживают в иноэтничном окружении приграничной зоны, сохраняя свою историю, свою культуру, свои традиции, свои национальные черты. Для юга Тюменской области казахи являются коренным этносом, поскольку юрт (маршрут кочевки) издавна пролегал по тюменским землям [Карабулатова 1997: 216-220]. Социальные катаклизмы обусловили закрепленность казахов на определенных территориях, так появились казахи сибирские: тюменские, омские, новосибирские. В Тюменской области казахи компактно проживают в Сладковском, Армизонском, Абатском, Аромашевском, Ишимском, Исетском, Казанском и Тюменском районах. Поэтому сама проблема сохранения себя как представителя того или иного этноса в полиэтничном регионе становится особо актуальной. Культура каждого народа обеспечивает основу коллективной идентичности и передается с помощью главного ее носителя – языка. Ученые-лингвисты относят язык казахов к кыпчакской подгруппе тюркской группы алтайской семьи. Казахский язык имеет три диалекта: западный, северо-восточный и южный. Литературный язык казахов основывается на северо-восточном диалекте [И.М.Габдулгафарова. Казахи//Этнокультурная мозаика Оренбуржья. – Оренбург, 2003г. – 228с, С.42].

Традиционное занятие казахов Тюменской области – полукочевое скотоводство, представленное крупным рогатым скотом, козами, овцами, а также коневодством. Земледелие до революции не было типичным для хозяйств сибирских казахов, поэтому для некоторой его части характерным являлось занятие охотничье-промысловой деятельностью. Из домашних ремесел у тюменских казахов были распространены изготовление кошм, войлоков, армяков, овечьей шерсти, обработка шкурок лисиц, выделка овчин. К концу 30-х годов XX века полукочевое скотоводство с промыслово-торговым комплексом заменяется у казахов скотоводческо-земледельческим хозяйством.

Праздники – составная часть культуры каждого народа. Один из казахских праздников – Новый год по солнечному летоисчислению. Этот праздник был распространен среди казахов до революции и возрождается сейчас в Тюменской области. Новый год у казахов начинается 21 марта, первый день Нового года носит название «науырыз». Этот день весны символизирует вечное обновление жизни. Из религиозных праздников сибирские казахи отмечают Ураза-байрам и Курбан-байрам. Большой пост в течение месяца рамазан соблюдается в основном взрослым населением. В день Ураза-байрам перед его началом и посещением мечети беднякам, сиротам и убогим раздают милостыню «окончание поста» – занят аль-фитр или садака аль-фитр. Ее, как правило, дают от каждого члена семьи. Добровольные пожертвования в последние годы идут и на нужды мечети. Родственники и друзья посещают друг друга, обмениваются угощениями, преподносят подарки. К священному празднику Курбан-байрам тщательно готовятся; в сельской местности к этому дню казахи откармливают скотину, как правило, баранов. Городские жители обязательно покупают живого барана в деревне. Прежде чем барана режут, его обязательно валят на землю головой в сторону Мекки, не связывая его (все члены семьи, и даже дети, должны сами держать барана), произносят молитву: «Бисмил-лах, Аллах Акбар», т.е. «Во имя Аллаха, Аллах велик!». Затем разделывают тушу по частям, опаливают голову животного (какой же бешбармак без головы?). Девочки с матерями пекут баурсаки. В каждом доме казаха в праздник Курбан-байрам царит дух традиционного гостеприимства и щедрости, так что любой человек, зашедший в дом, не выйдет, не отведав праздничного угощения.

Казахские поселения Тюменского региона сегодня включены в систему сельской экономики с мясомолочным животноводством и земледелием. В личном подсобном хозяйстве казахов содержатся крупный рогатый скот, овцы, лошади, козы для получения пуха. В домашнем производстве сохраняется обработка шерсти, вязание из козьего пуха шалей, носков и т. д. «Традиционная скотоводческая культура, кочевой образ жизни казахов определили основной тип жилища – юрту (кииз уй) с деревянным каркасом и войлочным покрытием. Культура кочевого образа жизни находила выход к более полной гармонии с окружающей средой, являясь как бы ее составной частью. Сферическая форма юрты подчеркивала необозримость степи и бесконечного небосвода. Юрта как жилище была идеально приспособлена к условиям кочевого быта. Она легко собиралась и разбиралась, перевозилась, сохраняла необходимый температурный режим в жару и холод. В культуре кочевого образа жизни были сосредоточены ценности нравственного порядка – уважение, почитание, культ. Это отчетливо проявлялось во внутреннем убранстве юрты. Очаг в юрте служил не только средством приготовления пищи и отопления дома, но и был символическим центром жилища. Слева от него, если стоять внутри лицом к двери, размещалась женщина, справа – мужчина. За очагом напротив входа располагался хозяин дома и уважаемые гости. В этой почетной части пространства устанавливался жук аяк – стопка узорных войлоков, вышивок и одеял на специальной узорной подставке. По этой части юрты судили о зажиточности семьи, о мастерстве хозяйки» [И.М.Габдулгафарова. Казахи//Этнокультурная мозаика Оренбуржья. – Оренбург, 2003г. – 228с, С.44]. В настоящее время у тюменских казахов юрта как постоянное жилище ушла в историю, но их обычно воздвигают в большие массовые праздники. Так, например, каждое лето традиционно в области проводится казахский праздник «Курултай», куда съезжаются представители казахской диаспоры со всех районов области с концертами художественной самодеятельности, с национальными блюдами играми, устраиваются конные скачки, соревнования и т.п. Традиционная казахская пища – это мясные (бешбармак, казы, шужик, жая), молочные (кумыс, айран, катык, коже) блюда, которые сохранились и по сей день. Непременным элементом традиционной культуры казахов является гостеприимство, истоки которого уходят в глубь веков. Путешественник, объехавший необъятные просторы Казахстана, попадая в любую юрту, чувствовал себя настоящим гостем. Гостя обязательно угощали чаем или кумысом, а если он оставался ночевать, то резали барана. Ч.Ч. Валиханов писал по этому поводу: «Нищий, куда бы он ни пришел, в кибитку ли богача или хижину бедняка – везде ему приют, везде выражают сострадательность и не только словом, но всегда чем-нибудь более или менее существенным; из кибитки первого выходит он с какой-нибудь да традицией, а у последнего напьется по крайней мере или наестся тем, чем тот богат» [Валиханов Ч.Ч. Собр. соч. Т.1.]. Интересное описание гостеприимства казахов можно найти у В.В. Радлова. Он пишет: «Баран, забитый в честь гостя, называется конаг (кунак) асы. Это почетное блюдо съедается обычно в один или два присеста, ибо лакомое угощение привлекает очень многих соседей, и каждому из них достается по куску. Сначала живого барана вводят в юрту и демонстрируют гостю, который произносит благословение. Потом его выводят из юрты, забивают и снимают шкуру» [Радлов В.В. Из Сибири. Страницы дневника. – М., 1989. – С.264]. Проживание казахов на территории Тюменской области непосредственно среди русского населения наложило значительный отпечаток на формирование этноязыкового пространства сибирских казахов. 4. привет: габит мусрепов
«Гудок»

Как показывают наши опросы в местах компактного проживания казахов в Тюменской области, в настоящее время в большинстве своем более значимой признается этническая самоидентификация. Сохранение родного казахского языка является одной из актуальных проблем. Результаты этносоциологических опросов казахского населения юга Тюменской области свидетельствуют о достаточно широком распространении русского языка. Так, в сельской местности не владеют русским языком лишь единицы опрошенных, это женщины пожилого возраста, кроме того, некоторые не могут читать и писать по-русски, но свободно говорят. Для молодежи характерно более глубокое знание русского языка, чем казахского. Среди городских казахов степень владения родным языком гораздо ниже: лишь некоторые свободно владеют казахским языком, многие свободно говорят, но не читают и не пишут и единицы казахов-горожан не владеют казахским языком вообще [Смирнова 2003]. Казахи Тюменской области получили и получают образование на русском языке, так как нет возможности изучения родного языка в школах, читают книги, журналы, газеты на русском языке, так как на родном языке литература малодоступна и не имеет практического применения.

Родной язык для казахов Западной Сибири в настоящее время прочно служит средством внутриэтнического общения, его использование можно наблюдать в основном в семейно-бытовой сфере: с родителями, с супругами, с детьми, с родственниками. Чаще всего речь казахов, особенно в городе, одновременно состоит из русских и казахских слов. Кроме того, длительные устойчивые контакты казахов Западной Сибири с сибирскими татарами, близкими казахам по языку, способствовали проникновению в язык сибирских казахов слов из лексики этих народов. Хотя, по мнению казахстанских лингвистов, язык казахов, проживающих в Сибири, в чистом виде имеет незначительные различия с современным казахским языком по грамматическому строю и фонетике [Габдулгафарова 2003]. Так, на юге Тюменской области 70% казахов русским языком владеют лучше, чем казахским, 25% владеет языками в равной мере, и только 5% владеют только казахским, но тем не менее и те, и другие относят себя к казахам. Несомненно, в вопросах самоидентифиакции религия является мощным консолидирующим фактором, абсолютно все казахи Тюменской области относят себя к мусульманам-суннитам. И во многих случаях общность веры позволяет казахской диаспоре в полиэтничном регионе быть более сплоченными. Таким образом, мы можем утверждать, что этническое самоопределение личности есть основной признак принадлежности к нации, в основе которого лежит этническое самосознание. Говоря об особенностях казахского самосознания «…нельзя не отметить такую особенность, как открытость всему новому, непривычному. Основой такого мировосприятия явилось то, что в обыденной жизни каждый традиционный индивид в степи вступал в столь разнообразные связи с природой и другими людьми огромного распахнутого пространства, что зачастую просто сложно было найти жесткие универсальные формулы и ответы на все время возникавшие новые ситуации. Особенности казахского сознания, отраженные в самом речи, диалоге, это всегда стремление понять внутренний мир собеседника, вслушаться в ритм его мыслей и чувств, понять внутренние, скрытые основания взглядов собеседника. Это с одной стороны. А с другой – нет слепой веры в безусловную правильность только своей позиции. Легко воспринимается то, что другая сторона может быть столь же равноценной, хотя ее позиция и не вписывается в привычные представления. Эта безусловная легкость, скорость и глубина восприятия чужих ценностей, понятий, иного миропонимания является ценной чертой казахского сознания» [Назарбаев, Родина, №2-2004, С. 11].

Гульзара Кабибулловна Чаукерова,
старший научный сотрудник
института гуманитарных исследований
Тюменского государственного университета
Автор: administrator
Теги

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *